Что такое сознание? | Души нет?

Какой вопрос многим кажется одним из самых главных? Ну кроме «в чём смысл жизни». Есть Бог или нет. Хотя между этими вопросами, безусловно, и есть связь, один из главнейших вопросов звучит как: «Есть ли Бог?». Лично мне кажется, что важнее узнать есть ли душа. Ведь если есть Бог, а души нет, то какая разница? После смерти вы никуда не попадёте, при жизни никто не явится, а значит и следовать заветам божьим, какими бы они ни были, тоже совсем не обязательно.

Мало того, что для человека вопрос души более актуален, чем вопрос Бога, так и ответить на него, по идее, проще, чем найти доказательства разумного творения Вселенной. Надо понять, что такое сознание и проверить все возможные гипотезы души. Все мы слышали это слово, но какого-то единого общепризнанного значения души не существует. Не буду перечислять их все, а попробую дать то определение, которое наилучшим образом передаст смысл общественного восприятия этого термина.

Если больше нравится получать информацию в видео формате, то вот ссылка на видео по статье — https://www.youtube.com/watch?v=1mdMQhV-64A

Душа – это носитель сознания, это либо некая энергия, либо что-то вообще абсолютно нематериальное, что является движущей силой каждого человека. Так как понятие души тесно связано с верой и разными религиями, то и основной смысл тут в загробной жизни. И не важно есть ли в концепте религии реинкарнация. Естественно, мы не можем дать точное определение душе, хотя бы потому что никто её никогда не видел. Поэтому будем работать с тем, что есть.

Сознание. Вещь не менее сложная в определении. Считается, что это психическое состояние субъективного переживания внешнего мира и жизни его носителя, а также способность отдавать себе отчёт в этих событиях. Если говорить проще, то сознание – это когда его носитель не просто тыкает палкой в труп, а ещё может порассуждать сам с собой зачем он это делает и в чем смысл данного деяния вообще.

С понятиями шатко-валко разобрались, что дальше?

Если разобраться как работает мозг и что же сознание такое на самом деле, то можно ответить на вопрос: «Есть ли душа?». Давайте подумаем какие варианты есть?

Возьмём для начала классический киношный вариант, где якобы душа – это наша энергетическая копия, которая отделяется от тела после его смерти. Этот вариант удалось отмести благодаря экспериментам, которые проводятся на БАКе. Физик Брайан Кокс заявил в эфире радио BBC, что призраков не существует. Т.е. нет вообще никаких свидетельств того, что частицы нашего тела каким-либо образом взаимодействуют с любым подобием призрака, а должны бы иметь.

Ладно, вариант с энергетической копией исключаем. Представим, что наше тело – это некий персонаж, которым управляет что-то мыслящее (хотя, глядя на многих людей, так и не скажешь). Чтобы проще было понять механику, обратимся к компьютерным многопользовательским играм. Вы сидите за компьютером, а персонаж, которым вы управляете, находится в виртуальном мире. Можно ли как-то изнутри игры увидеть глазами персонажа человека, управляющего им? Нет, он может о себе рассказать, если будет кому, но пощупать и посмотреть его не выйдет. Как тогда узнать, что игрок, он же душа, есть? Наверняка можно отследить команды, поступающие персонажу, канал по которому они приходят и поставить разного рода эксперименты.

Начать стоит с изучения устройства человека, а если быть точнее, устройства мозга. Мы уже знаем, что командный центр тела находится там, значит если душа есть, то она посылает команды туда. Вообще, многим кажется, что науке о сознании известно достаточно мало, но в реальности это не совсем так. Пока нейробиологи и нейропсихологи не договорились до единого определения, но есть экспериментальные данные, которые вносят много ясности в этот вопрос. Их и разберём.

Мы привыкли считать, что наше сознание едино, потому что мы ощущаем себя единым цельным индивидуумом. Не берём в расчёт расщепление сознания, конечно. Должно ли тогда оно находится в каком-то одном центре мозга? По примеру зрительного центра, слухового и так далее. Не обязательно. Но тогда оно будет работать медленно. Дело в том, что нейроны нашего мозга имеют ограниченное количество связей и любой нейрон не может связаться напрямую вообще с любым другим нейроном мозга. Это было бы не энергоэффективно, поэтому у нас в мозге много центров, они же модули, внутри которых нейроны имеют тесные и обширные связи друг с другом, но не сообщаются на прямую с другими центрами. Они в свою очередь обмениваются информацией с друг другом, но как центр с центром, а не отдельные их части. Кстати, учёные подсчитали диаметр мозга, если бы каждый нейрон имел связь со всеми другими нейронами мозга. 20 километров. Какого размера нужно тело для такой репы?

Итак, наблюдения за мозгом говорят нам, что одного центра, отвечающего за сознание, нет. Значит сознание – это коллективная деятельность. Что, в общем-то, подтверждается полученными данными. Например, чтобы выполнить автоматическое действие нажатия на кнопку при вспышке света человек тратит примерно 220 милисек, но если попросить сделать это чуть медленнее, скажем за 250 милисек, то у человека это не получится. Как только включается сознательный контроль, время обработки информации сразу увеличивается и человек тратит около 550 милисек. Сознание – коллективное творчество разных центров мозга, а значит если есть душа, то она имеет доступ ко всему мозгу, ну или к большей его части. Значит возможность такой механики нам и нужно проверить.

Ясности в этом вопросе удалось добиться благодаря опытам с расщепленным мозгом. Что такое расщепленный мозг? Это когда между двумя полушариями мозга разрезается связующее звено, и они перестают обмениваться информацией между собой. Раньше такие операции делали людям с приступами эпилепсии, чтобы электрическое замыкание не передавалось из одного полушария в другое. Многим это сильно облегчало приступы, а у кого-то они и вовсе пропадали навсегда.

Так вот, что можно узнать о работе мозга, имея в распоряжении пациентов с расщепленным мозгом? Дело ещё в том, что левое полушарие мозга управляет правой стороной тела, а правое полушарие управляет левой. Не спрашивайте, как так получилось. Идея экспериментаторов состояла в том, чтобы проверить сконцентрировано ли так называемое сознание только в одном полушарии или при разделении мозга у человека появятся две независимые личности.

Операция по полному разделению полушарий включает в себя рассечение двух нервных трактов, связывающих половины мозга: переднюю комиссуру и мозолистое тело. Однако при этом не все связи между полушариями разрываются. Оба все еще соединяются с общим мозговым стволом, который поддерживает у них одинаковый уровень возбуждения, чтобы для удобства они спали и бодрствовали в одно и то же время. Подкорковые нервные пути остаются в неизменном виде, и оба полушария получают значительную часть одинаковой сенсорной информации от нервов тела, связанных с пятью органами чувств, и кинестетической информации о положении тела в пространстве от афферентных нервов в мышцах, суставах и сухожилиях.

Экспериментаторы разделили поля зрения левого и правого глаз и стали проверять становится ли на одну личность больше у людей с расщепленным мозгом.

Ответ: и да, и нет. В ходе исследований выяснилось, что у людей с расщепленным мозгом, каждое полушарие может жить своей отдельной жизнью, но пациент, при этом, ничего такого за собой не замечает. Дело в том, что полушария могут обмениваться информацией не только внутри черепной коробки. Несмотря на то, что левый глаз поставляет инфу в правое полушарие, а правый в левое, в обычной жизни человек смотрит на мир сразу двумя глазами:) А значит оба полушария получают одинаковую инфу из вне.

Основной речевой центр находится в левом полушарии, а также центр установления логических связей. Если левую руку поместить в недоступный для зрения бокс и вложить туда любой предмет, а потом спросить пациента с расщепленным мозгом, что же у него в левой руке, то он не сможет вам ответить. Левая рука передаёт инфу в правое полушарие, а оно внутри черепной коробки не имеет сообщения с левым полушарием, где находится речевой центр. Но если человек сможет видеть свою руку обоими глазами или сможет потрогать предмет правой рукой, то левое полушарие получит нужную инфу и речевой центр скажет, что за предмет в левой руке. Забавно также то, что если потом попросить пациента нарисовать что за предмет был в руке, то речевой центр скажет, что он не знает, а левая рука без проблем нарисует этот предмет. После чего левому полушарию придётся объяснять каким-то образом такой её поступок 🙂 Но об этом мы еще поговорим немного позже.

В общем, в ходе такого рода экспериментов выяснилось, что у двух полушарий у каждого свой собственный сознательный опыт, но он не такой как у цельного мозга и сознания и не одинаковый у левого с правым. Левое способно говорить и воспринимать речь, тогда как правое не говорит и очень ограниченно понимает речь. Хотя надо отдать должное пластичности нашего мозга, потому что люди много лет прожившие с расщепленным мозгом научили правое полушарие немного говорить, но ни у одного человека оно так и не смогло освоить понимание логических связей. Это прерогатива левого полушария, там находится соответствующий центр. Всё вышеперечисленное, естественно, лишь малая доля функциональных различий полушарий. Правое, например, выполняет зрительно-пространственные задачи. Специализируется на узнавании не перевёрнутых лиц, концентрации внимания, различении сенсорных сигналов и так далее и тому подобное. Если хотите знать подробнее, то придётся потрать немало времени на обучение 🙂

Итак, получается два сознания, но каждое с ограниченным функционалом. Тут мы должны приложить эти наблюдения к нашей модели «игрок – виртуальный персонаж». Представим, что вы играете за кого-то и в один момент у вас часть функционала героя пропадает. Это случится, если интерфейс управления сконцентрирован в левом полушарии, которое у нас умеет говорить, понимать речь и делать логические выводы. Думаю, что вы заметите, что перестали уметь делать многое из того, что умели всего лишь вчера.

Так, стоп, но ты же говорил, что сознание имеет доступ ко всему мозгу сразу, а не к какому-то одному центру.

Да, говорил, и в таком случае один только факт наличия двух отдельных сознаний в мозге при его расщеплении намекает на отсутствие одного командующего за бортом тела. Значит мы пытаемся притянуть версию с доминирующим левым полушарием как основным вместилищем души, а в правом у нас якобы очень важные, но всё же не основополагающие функции.

Допустим, что это так, чего нам стоит? Значит мы всё же пытаемся представить, как бы мы отреагировали на пропажу половины функционала нашего персонажа. Нет, я не про эмоции и матерные эпитеты, я про то, что это вы уж точно заметите. А замечают ли пациенты с расщепленным мозгом, что с ними что-то не так? Оказывается, нет. Их левый мозг не замечает отсутствия правого. Да, мы говорили о том, что они могут сообщатся не внутри, а через внешние действия, но даже в ходе экспериментов люди не отдавали себе отчёта в том, что они не могут сказать, что у них в левой руке, потому что не получают левым полушарием инфы от правого.

Также, понимание этого, позволило сделать ещё одно открытие, которое важно для нашей темы и вообще для осознания работы мозга и сознания. Сознание не замечает, если какая-то часть мозга выходит из строя, оно просто это игнорирует и функционал этой части как будто бы никогда и не существовал. Рассмотрим на примере для наглядности. У нас есть орган зрения – глаз, у нас есть зрительные нервы и у нас есть зрительный центр в мозге, который получает инфу от глаза по нервам. Если мы повредим глаз, то зрительный центр забьёт тревогу, что у нас проблема со зрением, нет инфы от глаза или она искажена. Если мы повредим зрительный нерв, то зрительный центр также забьёт тревогу, но если мы повредим сам зрительный центр, то тревогу бить будет некому и в нашем сознании не будет не единого волнения и отсутствие зрения одним глазом пройдёт полностью и абсолютно незамеченным. Вы себе можете представить игрока, который не заметит, что у его персонажа половина зрения пропала? Это ставит под сильное сомнение, мягко говоря, весь концепт нахождения мыслящего сознательного начала где-то вне мозга.

Есть ещё примеры, которые будут только подкреплять нашу убежденность в этом.

Например, синдром редуплицирующей парамнезии. Это когда у человека возникает галлюцинаторная убежденность в том, что данное место в точности копирует какое-то другое или что одновременно существует несколько таких же точно мест. Одна пациентка, которую врач принимал в нью-йоркском госпитале утверждала, что они в её доме во Фрипорте, штат Мэн. Доктор начал с вопроса: «Где вы сейчас находитесь?». Пациентка ответила: «Во Фрипорте, штат Мэн. Знаю, вы в это не верите. Доктор Познер, когда зашел осмотреть меня утром, сказал, что я в Мемориальном онкологическом центре имени Слоуна-Кеттеринга. Прекрасно, но я-то знаю, что нахожусь в своем доме на Главной улице Фрипорта!». Врач спросил: «Хорошо, если вы во Фрипорте у себя дома, с каких это пор у вас лифты за дверью?». Она невозмутимо ответила: «Доктор, знали бы вы, во сколько мне обошлась их установка!».

Такой синдром вызывается повреждением специфического участка теменной доли. Если мы считаем, что наше мышление и сознание находятся вне мозга, то нам следовало бы ожидать, что оно по наводящим вопросам и логическим доводам примет тот факт, что одинаковость локаций – некий глюк, а не будет придумывать небылицы о том, что пришлось потратить много денег на установку лифтового холла у себя дома.

Возьмём другой пример. Если повреждена зона, следящая за соматосенсорной системой, может появится такой синдром как анозогнозия. Человек с этим синдромом будет отрицать, что его левая парализованная рука принадлежит ему. Рассмотрим диалог с такой пациенткой.

«Пациентка (указывая на свою собственную левую руку):Доктор, чья это рука?

Доктор: А вы как думаете?

Пациентка: Уж точно не ваша!

Доктор: Тогда чья же?

Пациентка: И не моя.

Доктор: Чья же это, по-вашему, рука?

Пациентка: Это рука моего сына, доктор.»

Теменная доля коры непрерывно ищет информацию о положении рук в трёхмерном пространстве, а также вообще следит за их жизнью. Если повреждаются сенсорные нервы на периферии нервной системы, поток информации в мозг прекращается. Система контроля не получает сведений о том, где находится рука, что в её ладони, болит ли она, жарко ей или холодно, может ли она двигаться или нет. И тогда эта система поднимает крик: «Ко мне не поступают данные! Где левая рука?». Но если поражена сама теменная доля, то отслеживание не производится и не поднимается сигнал тревоги, поскольку жалобщик вышел из строя. Для такого пациента левая половина тела прекращает своё существование. Когда невропатолог подносит левую руку пациентки к её лицу никакая соматосенсорная информация не достигает её интерпретатора (о нём мы поговорим чуть позже), так что пациентка резонно реагирует: «Это не моя рука!».

Резонно, если сознание находится лишь в мозге, а резонно ли если вне? Опять же, если есть мыслящее нечто, что есть вне тела, то почему оно делает такой странный вывод? Ведь его логическое мышление пропасть не должно, глаза видят, что рука прикреплена к его же телу, почему же она не его тогда? Для внешнего мышления – это немыслимо, а для сознания, рождающегося исключительно в мозге – вполне закономерно.

Итак, с точки зрения современной нейробиологии, сознание не представляет собой единый, общий процесс. Становится всё очевиднее, что оно включает в себя огромное количество широко рассредоточенных по мозгу специализированных систем и разобщенных процессов. Но почему мы тогда ощущаем себя единым цельным существом? Даже не побоюсь этого слова, личностью. Мы переживаем единый опыт, сознание течёт легко и естественно от одного момента к другому в соответствии с единой, цельной и связной «сюжетной линией». Давайте попробуем и с этим разобраться. У нас же статья называется «Что есть сознание?» всё-таки.

Что мы знаем? Что мозг состоит из огромного количества модулей, каждый из которых выполняет какую-либо функцию, но несмотря на то, что внутри модулей есть некая иерархия процессов обработки информации, у самих модулей между собой нет никакой иерархии. Они не подчиняются главному таинственному модулю, это открытая, сложная, самоорганизующаяся система. И в свете нашего вопроса, почему мы ощущаем себя цельными и всё контролирующими, важна одна особенность всех сложных систем – они проявляют организованность без какого-либо внешнего организующего принципа. Это, ещё раз, означает, что нет никакого главного в системе.

Но как система может работать без старшего и почему нам кажется, что он у нас есть? Ответ на первый вопрос лежит в принципе функционирования сложных систем.

Сложная система состоит из множества различных систем, взаимодействующих между собой и порождающих синергетические (эмерджентные) свойства, которые больше суммы своих частей и не могут быть сведены к свойствам элементов, составляющих сложную систему. Классический и понятный пример – дорожное движение. Глядя на детали машины невозможно предсказать схему дорожного движения. Этому не поможет и исследование более высокого уровня организации – самого автомобиля. Только взаимодействие всех машин, их водителей, общества и его законов, погоды, дорог, случайно попавших на них животных, времени, пространства и чёрт знает, чего ещё создаёт дорожное движение.

Так почему же, всё-таки, мы ощущаем свою цельность? Исследователи расщепленного мозга обнаружили в левом полушарии модуль, который собирает всю информацию, поступающую в мозг, и строит нарратив. Они назвали его модулем интерпретации.

Приведу несколько примеров его работы:

Исследователи показали пациенту с расщепленным мозгом два изображения: куриную лапку в правом поле зрения, так что ее видело только левое полушарие, и снежный пейзаж в левом поле зрения — только для правой половины мозга. Затем перед ним поместили набор картинок, которые были доступны обоим полушариям, и предложили выбрать одну из них. Левая рука пациента указала на лопату (что было самым подходящим ответом на снежный пейзаж), а правая — на курицу (самый подходящий ответ на лапку). Мы спросили, почему он выбрал именно их. Его речевой центр в левом полушарии ответил: “Все просто. Куриная лапа относится к курице”, — легко объяснив то, что левый мозг знал, ведь он видел изображение лапы. Потом пациент посмотрел на свою левую руку, указывавшую на лопату, и не моргнув глазом сказал: “А чтобы вычистить курятник, нужна лопата”. Левый мозг, обратив внимание на действия левой руки, но не зная, почему она выбрала этот предмет, мгновенно поместил это в такой контекст, который бы все объяснял. Он интерпретировал выбор лопаты в контексте, соответствующем тому, что он знал, а знал он лишь о куриной лапке. Он ничего не знал о снежном пейзаже, но должен был объяснить картинку лопаты в левой руке. Разумеется, курицы оставляют грязь, а ее нужно убирать. Вот и разумное объяснение! Интересно, что левое полушарие не сказало: “Я не знаю”, — хотя такой ответ был бы по-настоящему верным. Оно задним числом придумало другой, который соответствовал ситуации. Оно соорудило ложное воспоминание, использовав доступную ему информацию и собрав ее в приемлемый ответ. Они назвали этот левополушарный модуль интерпретатором.

Второй пример: исследователи передали слово “колокол” правому мозгу, а слово “музыка” — левому. Пациент сказал, что видел слово “музыка”. Когда его попросили показать на картинку, соответствующую тому, что он только что видел, он выбрал колокол, хотя там были другие картинки, лучше изображавшие музыку. Тогда его спросили, почему он выбрал колокол. “Ну, — ответил он, — в последний раз, когда я слышал какую-то музыку, это были колокола, звонившие у вас здесь снаружи”. (Он говорил о расположенной неподалеку колокольне.) Его говорящему левому полушарию пришлось состряпать целую историю, чтобы объяснить, почему он указал на колокол. В другом эксперименте предъявили слово “красный” левому полушарию пациента, а “банан” — правому. Затем разложили на столе ручки разных цветов и попросили его нарисовать картинку левой рукой. Он взял красную ручку (это левое полушарие приняло простое решение) и нарисовал левой рукой банан (запечатленный правым полушарием). Когда его спросили, почему он нарисовал банан, его левое полушарие, совершенно не представлявшее, почему левая рука изобразила именно банан, ответило: “Этой рукой проще всего нарисовать что-то вроде банана, поскольку она слабее”. Опять-таки, левый мозг не сказал: “Я не знаю”, — что было бы самым правильным ответом.

И для закрепления ещё один пример: Экспериментаторы расстроили одну из их пациенток, показав ее правому полушарию страшное видео о правилах пожарной безопасности, где человек попадает в огонь. На вопрос, что она видела, пациентка ответила: «Точно не знаю. Думаю, просто белую вспышку». Но когда ее спросили, повлияло ли это на ее настроение, она сказала: «Сама не знаю почему, но я немного испугана. Я не в своей тарелке. Может быть, мне не нравится эта комната, а может, это вы заставляете меня нервничать». Тут она обернулась к одному из помощников и сказала: «Я знаю, что мне нравится доктор Газзанига, но сейчас я почему-то его боюсь». Она переживала эмоциональную реакцию на видео, все последствия со стороны вегетативной нервной системы, но не понимала, чем все это вызвано. Интерпретатор левого мозга должен был объяснить, почему она напугана. Информация, которую он получал извне, говорила о том, что в комнате был доктор, задававший вопросы, и что ничего плохого не происходило. Первое разумное объяснение, к которому пришел интерпретатор, заключалось в том, что это он ее пугал. Поразительно, но исследователи обнаружили, что, оказывается, факты — это здорово, но можно обойтись и без них. Левый мозг использует то, что у него есть, а в остальном импровизирует. Первое же правдоподобное объяснение подойдет, так что в рассматриваемом случае — экспериментатор и пугает!

Итак, интерпретатор в нашем левом полушарии берёт все входные данные и собирает их в единую осмысленную историю. Однако его истории хороши на столько, на сколько хороши входные данные, как мы уже успели заметить.

Мы вернулись опять к нашему вопросу: Как так вышло, что у нас есть мощное и почти самоочевидное чувство своей цельности, хотя мы состоим из несметного количества модулей? Мы не слышим тысячи гомонящих голосов, ну большинство из нас не слышит тысячи голосов, а переживает единый опыт. Сознание – это синергетическое свойство сложной системы под названием мозг. А психологическому единству, которое мы чувствуем, мы обязаны специализированной системе под названием «интерпретатор», генерирующей объяснения наших ощущений, воспоминаний, действий и взаимоотношений между ними.

Наше субъективное сознание создаётся доминирующим левым полушарием, которое упорно стремится объяснить всякую всячину, попавшую в сознание. Обратите внимание, что попавшую в прошедшем времени. Это процесс рационализации задним числом. Интерпретатор, сочиняющий нашу историю, вплетает в неё лишь то, что попадает в сознание. Он создаёт иллюзию нашего собственного Я, с сопутствующим ему чувством, что мы, люди, сами управляем собой и свободно решаем как нам поступить. Эта иллюзия на столько сильна, что никакой анализ, никакая статья 😉 не может изменить наше ощущение, будто все мы действуем сознательно и целенаправленно. Если вы всё ещё думаете, что это не так и вы хозяйничаете у себя в голове, то вспомните, когда вам хоть раз удалось заставить свой мозг уже замолчать наконец и уснуть.

Допустим, вы за долгие годы упорных тренировок научились быстро засыпать, пусть. Заставьте свой мозг видеть эти столы одинаковыми, ибо они таковые и есть.

В качестве заключения хочу сказать, несмотря на все вышеперечисленные факты, мы не можем со 100% уверенностью заключить, что души нет. Равно как и заключить, что она есть. Не всё ещё исследовано и открыто, но чем больше мы узнаём, как устроен наш мозг, тем меньше верим в душу. Это объясняет почему меньше всего верующих нобелевских лауреатов среди биологов 🙂

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.